Lai`a Gol - Елена Квашнина

Сорел с трудом открыл глаза и оторвал голову от подушки. В клинжайской ночи творилось что-то невообразимое — вспышки молний, перемежаемые раскатами грома, завывание ветра за окном и частые резкие удары капель дождя о стекло делали комнату похожей на голографическую сценку из человеческого фильма ужасов. Он перевёл взгляд на свою кровать и хмыкнул от удивления — в ногах сидела Лея с закрытыми глазами, натянувшая на голову простыню. Похоже, она даже не заметила, что он проснулся.

— Неужели сама непобедимая Т'Вет в облике курсанта Т'Гай Кир почтила меня своим присутствием? — приятно удивился Сорел. — Кстати, не напомнишь, кто на нашем корабле неделю назад громче всех орал, что ничего не боится, умеет всё на свете и выживет в любой точке Вселенной?..

— Так оно и есть! — пискнула Лея, залезая под его одеяло.

Какой располагающий момент, мрачно подумал Сорел. Жаль только, что сюда в любую секунду могут вломиться Ванька и Сэлв с дружным воплем «Командир, а можно мы тут посидим, пока гроза не кончится, а то по одному бояться не интересно?!»

— Это что-то новое! — Сорел приподнял одеяло. — Ты что, грозы боишься?!

— Нет!!! — прозвучал ответ столь яростный, что Сорел невольно испугался за сохранность её голосовых связок.

— Ну, ладно… хорошо, — он потрепал её по волосам. — Конечно же, причина твоего визита заключается только в том, что ты и минуты не можешь прожить вдали от меня, а гроза — это только повод лишний раз заглянуть в мою комнату…

Из под одеяла возмущённо фыркнули.

Обломись, милый, перевёл это Сорел на общегалактический, я здесь исключительно потому, что тебе могло быть одиноко и немного страшно, а так я бы даже не проснулась. Других причин нет.

— Ерунда, — он схватил её за отворот футболки и вытащил на свет божий. — Это всего лишь гроза. Это даже красиво.

— На Земле — да, красиво; здесь — ужасно!..

— А хочешь, я тебе историю расскажу? — прошептал он ей на ухо. — Про суровую старую богиню из пустыни Гола, которая ворует непослушных детей.

— Зачем?

— Затем, что они плохо себя ведут и не спят по ночам, как все остальные.

— Фу, как это скучно. А что потом?

— Чаще всего она оставляет их себе и превращает в демонов пустыни — вечных персонажей любовных историй с несчастливым концом — того периода нашей эпохи, когда их ещё сочиняли, конечно. Но иногда, когда у неё бывает хорошее настроение, она дарит их семьям, которым очень нужны дети. Или просто одиноким людям, потерявшим смысл жизни…

— Это плохая история, Сорел, — Лея незаметно вытерла слезу.

— Почему?

— Утром родители пришли, чтобы разбудить своих детей, и не нашли их. Они, наверное, очень переживали… совсем недолго. Потому что потом началась война, и тем, кто выжил, переживать было уже просто некогда.

— Ты права, это плохая история, — Сорел глубоко вздохнул и закашлялся. — Мы больше никогда не будем её вспоминать.

— Лучше расскажи мне, как ты служил на «Худе», — Лея опустила голову ему на плечо и закрыла глаза.

— Что, опять?!

— Ну, пожа-а-а-алуйста!..

— Только с одним условием — никаких больше взрывов и диверсионных отрядов.

— Ладно.

…Гроза начала стихать. Спустя какое-то время заснула и Лея, успокоенная его негромким голосом. Сорел долго прислушивался к её ровному дыханию, затем отнёс в другую комнату и бережно укрыл одеялом. На обратном пути он решил проверить, как там мальчишки. Вани в своей комнате не оказалось. Сорел открыл дверь в комнату Сэлва, и удивлённо приподнял одну бровь — оба парня лежали на одной кровати, спина к спине, и спали как убитые. Вот она, эпоха невинности, потрясённо подумал Сорел, хотя им явно известно об этой стороне мужской дружбы побольше моего. Но что же делают с людьми их инстинкты! Вот и бесстрашный командир Серёгин, смело отбросив предрассудки, прибежал искать утешения у своего вулканского друга.

Вот чёрт…

Что ж, нам есть, чем гордиться, с юмором отметил Сорел, возвращаясь в свою комнату, в глазах землян мы неотразимы… Хотя бы и в качестве снотворного.

Время до начала лекции Сорела против обыкновения не тянулось — им нашлось, чем заняться. Вернее, это окружающие подобрали им занятие — для успокоения души и тренировки нервов…

Всё началось с того, что Аклейн, Гава и Вистор — единственные девушки на курсе (не считая той, что улетела на Землю), они же — давешние оппоненты Леи — стали поперёк коридора и вовсю начали задирать землян — так, как это могут делать только клингонки. Лея заметила, что клингонские мальчишки обходят их за версту — неудивительно! Если уж женщине в клингонском обществе удалось пробиться в армию… сами посудите, что это должна быть за особа.

— Куда ты, красавчик? — Гава схватила Сэлва за воротник. — Мы ещё не закончили наш вчерашний разговор. Ты так спешно удалился!

Девицы переглянулись и захихикали. Собственно, это и была та самая «чокнутая клингонская девица», которая укусила Сэлва за шею.

— А ну, лапы! — Лея довольно ощутимо ударила Гаву по руке, невзирая на значительную разницу в росте. — Сначала докажи своё право на него!

— Зачем? Он и так ничей!

— Ошибаешься, хрюшка! Он мой!!!

— Докажи!

— В любой момент! — Лея скрестила перед собой руки и сразу стала похожа на юного минбарца из касты воинов, впервые понюхавшего пробку от шампанского.

— Совсем офонарела?.. — прошипел Сэлв. — Что я, по-твоему, сам драться не умею?!

— Идиот! — ответила девушка по-вулкански. — Либо я прямо здесь и сейчас доказываю, что ты принадлежишь мне, либо тебя рано или поздно… оприходуют. Так что заткнись и не вмешивайся!!!

…Схватка продолжалась недолго. Рослая и широкоплечая Гава никак не могла схватить Лею, которая выворачивалась у неё из рук всеми известными и неизвестными в клингонском рукопашном бою способами. Логично рассудив, что сил одолеть Гаву у неё точно не хватит, Лея впервые за несколько месяцев применила Дар и отправила Гаву в глубокий нокаут одним прикосновением к шее. Если смотреть со стороны и не знать всей правды, было очень похоже на вулканский нейроблок. Все окружающие именно так и подумали. Со стороны мальчишек раздался одобрительный гул.

— Ладно, на этого ты своё право доказала, — вперёд вышла Аклейн. — Больше вулканца не тронет никто. А как насчёт рыжего?

— Меня?! — у Вани подогнулись колени.

— Исключено! — отрезала Лея. — Он мой… брат!

— И что?!

— Клан ещё не давал ему права на поиск, вот что! И ты — явно не та, что подошла бы моему брату!

— Патак!

— А ты — тупа, как рикайта, что растёт под окнами лекционного зала! Или ты хочешь дипломатического скандала?

— Я хочу, чтобы ты знала своё место!

— Я-то его знаю, а вот ты, похоже, не очень!!! Знаешь, мне ведь нетрудно сразиться и за моего брата… — Лея слегка попинала носком сапога тело поверженной Гавы.

Аклейн помедлила секунду, затем злобно плюнула на пол, развернулась и ушла, прихватив с собой поминутно оглядывающуюся Вистор.

— Плэй-офф, — Лея незаметно вытерла пот со лба.

В аудитории стоял невообразимый ор. Это удивляло — в принципе, клингоны известны как существа чертовски дисциплинированные и немногословные. Быть может, это связано с тем, что именно так они и ведут себя в юные годы, подумала Лея. Или… или они задумали сознательно сорвать лекцию Сорела? Другого объяснения происходящему Лея просто не видела.

— Как он собирается читать лекцию в подобных условиях? — прошептал Иван. — Это же натуральная политическая провокация!..

В этот момент над головой Сэлва свистнул кинжал и воткнулся в деревянное перекрытие под потолком.

— Интересно, а дисрапторов у них нет? — поинтересовался Сэлв.

— Чего нет, того нет, — ответил Ваня. — А ножей, цепей и кастетов — выше крыши! Я даже видел арбалет с лазерным прицелом и секиру. Интересно другое. Как они настроены по отношению к нам?

— Ты не поверишь, но в массе своей — побаиваются, — ответила Лея. — Мы же федералы! То есть — кровавые чудовища, компенсирующие мелкость своего вида исключительной свирепостью и жестокостью…

— Похоже, что это чувство взаимно, — буркнул Ваня.

— Ещё они нас здорово ненавидят — не все, но многие. Остальные настроены нейтрально, им просто всё равно. Те, с которыми мы уже успели подраться, испытывают упределённое уважение.

— Чёрт, ты прямо как бетазоид какой, — восхитился Ваня. — А мысли прочитать можешь?

— Слава Сураку, нет. Я ведь всего лишь эмпат, даже Сорела не всегда понимаю, что уж говорить обо всех остальных.

— Ты меня успокоила, — Ваня смахнул со лба воображаемый ледяной пот.

— А что, есть, что скрывать?

— Нет!